• Журнал «Юридический справочник руководителя» март 2011
  • Рубрика Процессуальные аспекты

Проблема «карманного» третейского правосудия: история одного дела

  • Рейтинг 4.25
  • 0 комментариев
  • 2312 просмотров
Бывает, что с Вами обошлись несправедливо. И даже не по закону. Возник конфликт. Для его разрешения в арсенале современного общества имеется такой институт, как суд. Не какой-нибудь там княжеский или церковный, весь во власти кастовых предрассудков, а соответствующий духу времени, независимый и объективный. Ведь если суд будет зависимым и необъективным, Вы, возможно, не захотите воспользоваться его правосудием и поищете другие пути решения вопроса. А что, уважаемый читатель, Вы думаете об объективности и независимости судебного учреждения, созданного не государством, а частной корпорацией? Будет ли такой суд беспристрастным, если станет рассматривать Ваш спор с этой самой частной корпорацией? Расскажем историю из жизни, когда автор на личном опыте убедился в невозможности защитить законные интересы посредством третейского суда. Учиться лучше на чужих, а не на своих ошибках.


В России существует немало судов, созданных частными юридическими лицами, именуемых третейскими. Они предоставляют услуги по альтернативному разрешению споров. Некоторые такие суды (не все!) иногда стали называть «карманными» за их готовность поступиться правовыми принципами и нормами в угоду своему хозяину. К сожалению, и нам пришлось столкнуться с таким отправлением правосудия, а судя по публикациям в печатных и электронных изданиях, наш случай не является исключительным, то есть существует целая проблема. Мы хотим поделиться своим не самым приятным опытом общения с зависимым третейским судом при крупной частной корпорации.

«Карманность» третейского суда

Еще в 2005 году в периодической прессе (в частности, юридической) развернулась активная дискуссия о путях решения проблемы «карманных» третейских судов. Поводом стало принятие Президиумом ВАС РФ постановления от 25.07.2006 г. № 2718/06. Президиум ВАС РФ отметил необходимость проверки арбитражными судами исполнимости третейского соглашения и его действительности на основании пункта 5 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В обоснование своего решения об отмене оспариваемых судебных актов Президиум ВАС РФ сослался на право истца на доступ к правосудию, предусмотренное Конституцией РФ и нормами международных договоров Российской Федерации, в частности, положениями ст. 6 «Право на справедливое судебное разбирательство» Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г., и на нарушение общепризнанных принципов и норм международного права.

Многие представители средств массовой информации постановление от 25.07.2006 г. № 2718/06 восприняли как акт высшей судебной инстанции, существенно ограничивающий возможности «карманного» третейского разбирательства. Однако, к сожалению, и через четыре года после принятия ВАС РФ упомянутого постановления, и через восемь лет после вступления в силу Закона о третейских судах проблема «карманных» третейских судов едва ли стала менее острой.

Статья 3 Закона о третейских судах не содержит никаких препятствий для учреждения собственного третейского суда практически любыми юридическими лицами. При этом не требуется никакой специальной государственной регистрации создания третейского суда, необходимо лишь направить документы о его образовании в компетентный государственный суд, осуществляющий судебную власть на соответствующей территории. Озвучиваемая декларативная цель создания такого третейского суда – скорость и относительная неформальность процесса разрешения конфликта, его конфиденциальность. Однако, столкнувшись в своей практике с третейским правосудием при каком-нибудь ОАО, начинаешь подозревать, что многие крупнейшие финансовые и промышленные российские компании учреждают собственные третейские суды с другой тайной целью. А именно – для того, чтобы передавать на их рассмотрение преимущественно споры, возникающие между структурами­учредителями третейского суда и их контрагентами, и «быстро и конфиденциально» разрешать в пользу своих структур спорные вопросы, независимо от действительных обстоятельств дела (в дальнейшем решение третейского суда, как правило, не может быть пересмотрено по существу). Учредители крупной корпорации либо иные связанные с ним лица, пользуясь своим положением экономически более сильного субъекта, вынуждают экономически более слабых контрагентов заключать договоры, содержащие третейское соглашение о передаче будущего спора, на рассмотрение «карманного» третейского суда.

В этой статье приведу пример из собственной практики и расскажу историю одного спектакля под названием «Карманный Третейский суд ОАО «Урало-Сибирский Банк».

«Ловушка» в договоре

Небольшое отступление для описания третейского суда ОАО «Урало-Сибирский Банк». Третейский суд ОАО «Урало-Сибирский Банк» создан в 1998 году. Суд, как и положено, имеет свою структуру: председатель, заместители председателя и секретариат. Председатель третейского суда назначается и освобождается от должности Председателем Правления ОАО «Банк УралСиб». Председатель Правления ОАО «Банк УралСиб» утверждает Положение о суде и его регламент. Им же утверждается и список третейских судей. В соответствии с Положением о Третейском суде при ОАО «Банк УралСиб» организационное обеспечение деятельности указанного Третейского суда осуществляет ОАО «Банк УралСиб», хозяйственное обеспечение Третейского суда необходимыми для его работы помещениями, транспортом, оргтехникой, средствами связи и иным оборудованием осуществляется также ОАО «Банк УралСиб».

При подобной организации «справедливого третейского суда» априори понятно, что третейский суд, кормящийся из одной кормушки со структурными подразделениями ОАО «Урало-Сибирский Банк» (а в нашем случае участником спектакля-процесса в лице ООО «Лизинговая компания УралСиб», в уставном капитале которой доля ОАО «Урало-Сибирский Банк» составляет 87,61%), не будет беспристрастным и объективным.

Чтобы участие в постановке Третейского суда ОАО «УралСиб» было для клиента неизбежным, необходимо лишь включить оговорку в договор (в нашем случае – в договор лизинга) о разрешении дел через третейский суд ОАО «Урало-Сибирский Банк». Эта оговорка и будет той ловушкой, из которой после долгих мучений вы выберетесь ободранным как липка.

Преамбула

Фирма приобрела автомобиль у официального дилера через лизинговую компанию ООО «Лизинговая компания УралСиб», заключив соответствующие договор поставки авто (трехсторонний – фирма, дилер и Лизинговая компания) и договор лизинга (двусторонний – фирма и Лизинговая компания). Договор лизинга на авто был заключен 16 июля 2008 года. Авто было передано Лизинговой компанией «УралСиб» нашей фирме по акту 29 июля 2008 года.

Фирмой соблюдались все требования и правила о порядке ухода и эксплуатации автомобиля, однако, несмотря на это, в нем выявился существенный недостаток, который возникал неоднократно даже после его устранения, а именно – невозможность запуска двигателя при минусовой температуре воздуха.

В связи с очередным проявлением неисправности автомобиль 2 февраля 2009 года снова был доставлен на эвакуаторе в сервис автодилера. Поскольку автодилер в очередной раз не смог определить причину незапуска двигателя, фирма письменно предложила автодилеру и ООО «Лизинговая компания «Уралсиб» расторгнуть договоры купли­продажи и лизинга. Автодилер в письменном ответе, как часто поступают продавцы, отмел все претензии по качеству.

ООО «Лизинговая компания «Уралсиб» со своей стороны претензию просто проигнорировала. А ведь ООО «Лизинговая компания «Уралсиб» имеет немалый штат юристов, который по любому другому поводу, как мы убедились на практике, охотно включается в переписку. Но в нашем случае ЛК «Уралсиб» отвечала полным молчанием. Это можно объяснить только тем, что ЛК «Уралсиб» сознательно тянула время, поскольку время в этой ситуации для них в прямом смысле деньги: пока договор не расторгнут, ЛК «Уралсиб» ежемесячно начисляет клиенту лизинговые платежи.

А это немаленькие суммы! Особенно учитывая длительность периода с момента предъявления претензии до вступления в законную силу решения арбитражного суда, подтверждающего обоснованность претензий по качеству автомобиля, которая в нашем случае составила 13 месяцев (пока ждали ответа на претензию, пока иск предъявили, пока суд принял дело, пока проводили экспертизу, пока решение вынесли, пока апелляция отшумела). Клиент может сколько угодно быть правым в споре о качестве товара, ссылаться на то, что он не может им пользоваться и поэтому надо бы расторгнуть договор лизинга, подавать иски о расторжении договора… Простое затягивание решения проблемы (уклонение от расторжения договора лизинга) позволяет ЛК «УралСиб» ковать звонкую монету регулярно, без оглядки на беды клиентов – договор­то не расторгнут! А гарантом получения денег с клиента, если он вдруг посчитает, что ЛК «УралСиб» несколько злоупотребляет правами, является «правоохранительный» департамент этой финансовой корпорации – Третейский суд «УралСиб».

Кто виноват и что делать?

Вообще из подхода ЛК «УралСиб» ко всей этой истории потенциальный клиент должен уяснить для себя несколько уроков: если приобретенное в лизинг оборудование (в нашем случае – автомобиль) окажется проблемным по качеству, этот лизингодатель:

1. Не предпримет никаких мер к тому, чтобы хоть в какой-то мере повлиять на поставщика в части выполнения последним обязательств, связанных с продажей некачественного товара. И это притом, что ЛК «УралСиб» будет являться собственником этого товара, и, казалось бы, его судьба не должна быть собственнику безразлична. Кроме того, не сможет поспособствовать объединению усилий Лизинговой компании и клиента в споре с продавцом о качестве товара и ответственности за некачественный товар даже статья 670 ГК РФ, устанавливающая, что лизингодатель и лизингополучатель являются солидарными кредиторами в отношении поставщика.

На практике все будет намного проще и грубее: лизинговая компания отдает деньги поставщику за товар, и ее целью становится возврат стоимости этого товара и вознаграждения с клиента, а если клиент вдруг будет недоволен качеством товара и потребует расторжения договоров, то это усложнит для Лизинговой компании процедуру зарабатывания денег. Кто будет виноват в срыве процесса? Клиент. (Ишь, капризный какой – купи ему машину, да чтоб еще и ездила!) Пусть сам разбирается с поставщиком, а ЛК «Уралсиб» понаблюдает со стороны, в любом случае договор лизинга не надо торопиться расторгать – счетчик пусть мотает.

Наивно также задаваться вопросом: почему бы лизингодателю не возместить свои убытки за счет «виновника торжества» – поставщика. Ведь это же он, в конце концов, некачественный товар поставил. Поставщик и лизингодатель работают в связке: каждый из них для другого расширяет рынок сбыта: лизингодатель за счет кредитования клиентов позволяет автодилеру сбывать авто, а автодилер, допуская лизингодателя до кредитования покупок своих автомобилей, позволяет лизингодателю торговать своими услугами. И тот и другой сбывают свой товар одному лицу – клиенту. Если из-за каждого клиента судиться друг с другом…

В этой ситуации пострадавший от не оправдавших надежд автоприобретения клиент обречен пострадать еще и от ЛК «УралСиб», хладнокровно продолжающей начисление лизинговых платежей. И все это на фоне потерь времени и денег на длительный и недешевый судебный процесс против поставщика о качестве товара.

2. Будет упорно отрицать связь между основаниями для расторжения договора поставки товара и договора лизинга. Казалось бы, в обоих договорах предметом является один и тот же автомобиль. Договор поставки автомобиля арбитражным судом расторгается из-за его некачественности, а договор лизинга неприступен, как китайская стена. В чем заключается рациональное обоснование уклонения ЛК «УралСиб» от расторжения договора лизинга? В том, что именно в договоре лизинга содержатся обязательства клиента по оплате лизинговых платежей, и этот спор жизненно необходимо перевести из неподконтрольного арбитражного суда в свой Третейский суд, базирующийся в родной цитадели, где настолько все свое, что в банковской столовой котлеты тебе и судье на одной сковородке поджарят (ну, клиенту, понятно, при таких сценах присутствовать необязательно).

Эскалация конфликта и судебное разбирательство

Итак, фирма, безуспешно попытавшись в досудебном порядке урегулировать вопросы о некачественном автомобиле, о расторжении договоров поставки и лизинга с автодилером и с ЛК «УралСиб», вынуждена принять решение обратиться в арбитражный суд с требованиями о расторжении обоих договоров и возмещении убытков. Лизинговая компания заявляет о том, что требования о расторжении договора лизинга подведомственны Третейскому суду ОАО «УралСиб». Автомобиль находится в сервисе автодилера. Арбитражный суд назначает проведение экспертизы с целью определения причин неисправности автомобиля и соответствия сервисного обслуживания автодилера технической политике изготовителя авто. На очередном заседании арбитражного процесса выясняется, что … автомобиля в сервисе уже два месяца как нет. Оказывается, Лизинговая компания как собственник авто решила забрать его у автодилера и перегнать своим ходом на какую-то другую стоянку. Пренебрежение условиями договора лизинга (машина-то находится в пользовании лизингополучателя, согласно договору лизинга ее возврат должен быть осуществлен по акту приема-передачи, а тут лизингополучатель даже не ставится в известность об изъятии автомобиля из сервиса) меркнет перед пренебрежением интересами правосудия (в отношении автомобиля арбитражным судом назначена экспертиза, суд о перегоне автомобиля не извещается, в результате суд решает, что предмет экспертизы подвергся изменению и экспертиза не состоялась).

Даже после того как ЛК «Уралсиб» забрала автомобиль, она продолжает начислять фирме лизинговые платежи! Фирма, у которой уже нет автомобиля, в условиях, когда арбитражный суд рассматривает ее иск о расторжении договоров поставки и лизинга, естественно, эти платежи не осуществляет.

Лизинговая компания в связи с неоплатой лизинговых платежей в одностороннем порядке расторгает договор лизинга по указанному основанию и подает в Третейский суд «УралСиб» иск о взыскании этих лизинговых платежей с фирмы. Третейский суд «УралСиб», приняв иск, приостанавливает производство по делу до принятия решения арбитражным судом по параллельно идущему процессу по иску фирмы к автодилеру и ЛК «УралСиб».

Решением арбитражного суда претензии фирмы к качеству автомобиля были признаны обоснованными, трехсторонний договор поставки автомобиля между фирмой, дилером и ООО «Лизинговая компания «УралСиб» был расторгнут, убытки, которые включали в себя уплаченные на тот момент лизинговые платежи, неиспользованную страховую премию по полисам ОСАГО и КАСКО, с дилера были взысканы. Однако исковое заявление в части расторжения договора лизинга суд оставил без рассмотрения, ссылаясь на доводы ООО «Лизинговая компания УралСиб» о том, что все споры, возникающие из договора лизинга в соответствии с положениями заключенного договора, должны рассматриваться в Третейском суде ОАО «Урало-Сибирский Банк».

А судьи кто?

Судиться с ЛК «УралСиб» в Третейском суде «УралСиб» – все равно что играть в Лиге чемпионов с Барселоной на ее поле, с той лишь разницей, что в футболе судья вряд ли наденет футболку хозяев и станет их двенадцатым игроком, а вот в Третейском суде «УралСиб» это не возбраняется ни по форме (назначенный третейский судья является начальником юридического департамента предприятия, генеральным директором которого является бывший руководитель функционального направления Управления региональной сетью ФК «УРАЛСИБ», он же бывший исполнительный директор ОАО «Урало-Сибирский Банк»), ни по содержанию (это уже видно по конечному результату – решению).

Решение Третейского суда «УралСиб» соответствует принципу «ничто не является чрезмерным»: с фирмы взыскали не только просроченные лизинговые платежи, но и лизинговые платежи, начисленные после возврата автомобиля, а также будущие лизинговые платежи, которые фирма должна была платить до 2013 года, назвав их в целом убытками в пределах всей суммы договора лизинга, и изъятие автомобиля признали обоснованным.

Контрдоводы о нарушении Лизинговой компанией порядка досудебного урегулирования спора, о нарушении порядка возврата автомобиля, о неосновательном обогащении ЛК «УралСиб», выразившемся в получении полной суммы договора лизинга, включая выкупную стоимость автомобиля, притом, что переход права собственности на автомобиль к лизингополучателю не произошел, поэтому с лизингополучателя нельзя взыскивать выкупную стоимость автомобиля, третейский судья просто не отразил в тексте решения. По его решению вообще все очень просто: фирма просто платить лизинговые платежи перестала, поэтому с нее и взыскивается вся сумма договора лизинга за минусом ранее уплаченных платежей. Надо ли говорить о том, что о недостатках качества авто и о состоявшемся до этого расторжении арбитражным судом договора поставки в решении третейского суда вообще ни слова нет, как будто это никакого отношения к делу не имеет.

Между тем решение Третейского суда «УралСиб» в корне противоречит и действующим нормам законодательства о лизинге и неосновательном обогащении, и практике Высшего Арбитражного Суда РФ о неосновательном обогащении лизингодателей в случае, если не состоялся переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю.

В соответствии со ст. 28 ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» в лизинговые платежи входят:

  • а) возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга, и других предусмотренных договором лизинга услуг;
  • б) доход лизингодателя.

В общую сумму договора лизинга может включаться выкупная цена предмета лизинга, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю.

Договор лизинга между фирмой и ООО «ЛК «УралСиб» такой переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю предусматривал.

В соответствии с договором стоимость самого предмета лизинга, т.е. размер затрат ООО «Лизинговая компания УралСиб» по приобретению, передаче автомобиля и накладных расходов составляла 2 770 000 руб.

Общий размер лизинговых платежей по договору составлял 4 504 615 руб. (фирма их ежемесячными платежами должна была платить до середины 2013 года).

Получено лизинговой компанией лизинговых платежей к моменту расторжения договора 1 230 033 рубля.

В соответствии с условиями договора в случае досрочного расторжения договора лизинга выкупная стоимость автомобиля составляет разницу между общей суммой договора (4 504 615 руб.) и уплаченными лизинговыми платежами (1 230 033 руб.), т.е. = 3 274 582 рубля.

Третейский суд «УралСиб» признает указанную неполученную выкупную стоимость убытками Лизинговой компании «УралСиб» и принимает решение взыскать ее с фирмы, уменьшив, правда, на сумму, которую ЛК «УралСиб» выручила от реализации предмета лизинга третьему лицу.

Но получению выкупной стоимости Лизинговой компанией должен корреспондировать переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю: сделка-то ведь возмездная, нельзя получить и выкупную стоимость, и автомобиль у клиента забрать.

Такой подход подтверждается и практикой Высшего Арбитражного Суда РФ.

Судебная практика
СвернутьПоказать

В Определении ВАС РФ от 11.12.2009 г. № ВАС-16096/09 указано:

«В соответствии со статьей 28 Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)» под лизинговыми платежами понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя. В общую сумму договора лизинга может включаться выкупная цена предмета лизинга, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю. По смыслу положений данной статьи получение лизингодателем выкупной цены предмета лизинга возможно лишь в случае перехода права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю.

Суд первой инстанции установил, что имущество, являющееся предметом лизинга по договору, возвращено лизингодателю.

При таких обстоятельствах у лизингополучателя отсутствует обязанность по выплате лизингодателю выкупной цены предмета лизинга.

Исходя из ст. 614 Гражданского кодекса Российской Федерации (положения которой применяются к договорам финансовой аренды) лизинговые платежи подлежат внесению за период пользования предметом лизинга, следовательно, суды правильно указали, что условие договора, обязывающее лизингополучателя в случае досрочного прекращения договора и возвращения предмета лизинга внести оставшуюся часть лизинговых платежей за будущий период, противоречит закону».

Судебная практика
СвернутьПоказать

Также в другом Определении ВАС РФ от 23.03.2010 г. № ВАС-3088/10 указано:

«Поскольку данный договор лизинга является расторгнутым вследствие одностороннего отказа от его исполнения, при этом предмет лизинга возвращен лизингодателю, а лизингополучатель не приобрел право собственности на предмет лизинга, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания в пользу лизингодателя денежных средств, составляющих выкупную стоимость имущества.

Суд кассационной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, указав в постановлении на то, что взыскание с лизингополучателя выкупной цены предмета лизинга в данном случае привело бы к возникновению неосновательного обогащения на стороне лизингодателя, что противоречит статьям 1102 и 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Приведенные заявителем доводы об обязанности ответчика уплачивать предусмотренные договором платежи до возврата предмета лизинга являлись предметом оценки суда кассационной инстанции и в части выкупной цены были отклонены судом, так как выкупная цена не является арендным платежом, несмотря на то, что включается в общую сумму договора лизинга».

Судебная практика
СвернутьПоказать

Постановление Президиума ВАС РФ от 18.05.2010 г. № 1729/10:

«Следовательно, в силу пункта 3 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), которым закреплена презумпция возмездности всякого договора, пункта 1 статьи 28 Закона о лизинге, согласно которому в состав платежей по договору финансовой аренды с правом выкупа включается и выкупная цена предмета лизинга, предполагавшийся по окончании срока временного владения и пользования предметом лизинга переход к лизингополучателю права собственности на оборудование, имеющее отличную от нулевой текущую рыночную стоимость, обусловлен внесением выкупной цены.

Вместе с тем согласно статье 624 Гражданского кодекса и статье 19 Закона о лизинге в договор финансовой аренды может быть включено дополнительное условие о переходе по данному договору права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю. Такой договор следует рассматривать как смешанный (пункт 3 статьи 421 Гражданского кодекса), содержащий элементы договора финансовой аренды и договора купли­продажи.

К отношениям сторон по выкупу предмета лизинга применяются нормы Гражданского кодекса, регулирующие куплю-продажу. В соответствии с пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса по договору купли­продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену)».

Как видно из приведенных судебных актов, лизингодатель вправе претендовать на что-нибудь одно: или получение выкупной стоимости, или возврат предмета лизинга. По крайней мере, такое толкование законодательства Высшим Арбитражным Судом РФ является общеобязательным и подлежит применению при рассмотрении аналогичных дел арбитражными судами.

Но не Третейским судом «УралСиб», который находится в иной правовой системе координат и в знак корпоративной солидарности вполне может позволить себе взыскать выкупную стоимость предмета лизинга в пользу братской ЛК «УралСиб», притом, что и предмет лизинга этим лизингодателем был изъят в свою пользу.

Статья 21 АПК РФ запрещает судье арбитражного суда участвовать в рассмотрении дела, если даже просто имеются обстоятельства, которые могут вызвать сомнение в его беспристрастности, или если он находится в служебной или иной зависимости от лица, участвующего в деле. Это и понятно: нельзя быть уверенным в объективности и справедливости решения, если над делом витает тень сомнения в беспристрастности лица, разрешающего спор.

А что же можно сказать о независимости и беспристрастности целой третейской структуры, берущейся рассудить своих хозяев и их оппонентов? При перечисленных в начале статьи обстоятельствах очевидна тесная корпоративная связь между Третейским судом «УралСиб» и Лизинговой компанией «УралСиб», при наличии которой невозможно соблюдение принципов независимости и беспристрастности судей, состязательности и равноправия сторон, если одной из сторон спора является Лизинговая компания «УралСиб».

Это дело наглядно демонстрирует, что Третейский суд ОАО «Урало-Сибирский Банк» не станет судом (арбитражем), объективно и беспристрастно устанавливающим юридическую истину в отношениях между спорящими сторонами, если одной из этих сторон будет субъект из большой и дружной семьи Финансовой корпорации «УралСиб». В силу своей природы такой суд является одним из цехов большого завода по производству прибыли, какой является эта корпорация, где все подразделения, само собой, должны работать на общий результат. Хозрасчет и самоокупаемость, так сказать. К правосудию рассмотрение споров в таком суде имеет очень отдаленное отношение.

Поэтому хотелось бы предостеречь вас от вероятных ошибок при вступлении в отношения с институтами ОАО «Урало-Сибирский Банк», в частности, от включения в тексты договоров третейских оговорок. Следует хорошо взвесить, стоят ли блага, приобретаемые по договору, риска в случае возникновения спора оказаться крайним в представлении, разыгрываемом третейским судом, и не иметь при этом никаких прав и шансов на справедливость.

на
Электронная подписка за 8400 руб. Печатная версия за YYY руб.

  4 голоса

Нет комментариев
Свернуть форму комментария Комментировать

  • Добавить
Закрыть
Закрыть

  • Отправить
Закрыть

Подписка


на журналы


Все поля обязательны.
Закрыть

Задать вопрос для интервью
  • Отправить
9 Мая – Всероссийский праздник День победы.