• Журнал «Налоговый учет для бухгалтера» май 2012
  • Рубрика Актуальное интервью

Денис Курочкин: «Чтобы предотвратить нарушение, иногда достаточно вызвать бухгалтера на беседу в прокуратуру»

  • Рейтинг 5
  • 0 комментариев
  • 8722 просмотра
Любой работник может пожаловаться не только в трудовую инспекцию, но и в прокуратуру. Какими полномочиями обладают проверяющие, когда могут прийти в компанию для проверки, а также за что могут привлечь бухгалтера к ответственности, нам рассказал Денис Курочкин, прокурор Карымского района Забайкальского края, советник юстиции.


О том, какую роль в проверках соблюдения трудового законодательства играет прокуратура, мы побеседовали с прокурором Карымского района Забайкальского края, советником юстиции Денисом Курочкиным. Он рассказал, в каком случае за нарушения штрафуется организация, а в каком – ее должностное лицо; по каким основаниям жалобы работников признаются необоснованными, а также почему руководители больше опасаются административной ответственности, а не уголовной.

СвернутьПоказать
Курочкин Денис Борисович

Окончил Иркутский филиал Российской правовой академии Минюста РФ по специальности «юриспруденция».

Трудовую деятельность начал в 17 лет с должности курьера районного суда, в дальнейшем переведен секретарем судебного заседания. С 1998 года по 1999 год работал на общественных началах в Читинской транспортной прокуратуре, в последующем работал в должностях помощника прокурора, следователя. В 2001 году переведен в прокуратуру области, где работал старшим следователем, следователем по особо важным делам. Преимущественно расследовал уголовные дела о преступлениях экономической направленности, а также связанных с внешнеэкономической деятельностью. Одним из первых в регионе расследовал уголовные дела о «рейдерском» захвате градообразующего предприятия, о «китайской контрабанде», о крушении поезда. В 2003 году переведен на должность заместителя прокурора Центрального района г. Читы, курировал вопросы следствия и дознания в ОВД района. С 2005 года назначен прокурором Карымского района. В этом же году преподавал спецкурс в Читинском институте Байкальского государственного университета экономики и права по теме «Налоговые преступления и правонарушения». С сентября 2007 года штат прокуратуры составляют 14 человек, в том числе три заместителя. Под его руководством был создан первый в СФО официальный сайт прокуратуры:- http://prokuror-karymskoe.narod.ru/index.html.


– Денис Борисович, исходя из Вашей практики, какие нарушения трудового законодательства работодатели допускают чаще всего?

– Анализ обращений, поступивших в прокуратуру в истекшем году, позволяет констатировать, что основными нарушениями прав работников являются невыплата заработной платы; неправомерное увольнение, нарушение процедуры оформления пособия по уходу за ребенком. Традиционно в списке нарушителей доминируют органы местного самоуправления. Как правило, это администрации городских и сельских поселений, школы, больницы. Чаще стали обращаться работники индивидуальных предпринимателей. Мы связываем это с активизацией просветительской работы, которую сотрудники прокуратуры проводят на страницах СМИ, а также через Интернет. К примеру, наша прокуратура стала одной из первых, где появился свой официальный сайт с интернет-приемной. Очень важно, что люди могут обратиться к нам не только при личном приеме, но и анонимно, что порой вполне понятно и объяснимо.

– То есть анонимные сообщения Вы тоже рассматриваете?

– Да, при этом мы очень внимательно к ним относимся. Ведь всем понятно, что далеко не каждый работник может осмелиться на подачу жалобы в надзирающие органы, так как существует угроза репрессий со стороны начальства. Тем не менее мы стараемся сделать все, чтобы обезопасить заявителя от такого давления, а также проследить за его дальнейшей судьбой. В некоторых случаях приходится использовать личный авторитет.

– Этим прокуратура отличается от трудовых инспекций. На многочисленных пресс-конференциях руководство Роструда заявляет, что анонимные жалобы они во внимание не берут, поскольку информация, изложенная в них, часто бывает ложной. А имена заявителей проверяющим Вы озвучиваете?

– Порядка засекречивания заявителей у нас нет. Кроме того, каждый проверяемый по жалобе вправе по окончании проверки ознакомиться со всеми материалами. Непредставление ему сведений о заявителе или укрытие заявления будет являться нарушением закона и его прав. Другой вопрос, что можно просто зайти к прокурору и, не озвучивая своего имени или попросив его об этом, указать на факты нарушения законности.

Что касается анонимности, то в соответствии с Федеральным законом «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» (ч. 1 ст. 11 Федерального закона от 02.05.2006 № 59-ФЗ. – Прим. ред.), если в письменном обращении не указаны фамилия гражданина, направившего обращение, и почтовый адрес, по которому должен быть направлен ответ, то он на обращение не дается. Это значит, что у прокурора или иного должностного лица, рассматривающего жалобу, нет обязанности искать автора письма. Вместе с тем, это не освобождает нас от обязанности проводить проверки. Тем более, если в этом обращении излагаются серьезные вопросы. Оставить его без рассмотрения – значит поступить вопреки интересам службы. Кстати, помимо указанного закона существует наш ведомственный акт – приказ Генерального прокурора РФ, регламентирующий порядок рассмотрения обращений граждан («Инструкция о порядке рассмотрения обращений и приема граждан в системе прокуратуры Российской Федерации», утвержденная приказом Генерального прокурора России от 17.12.2007 № 200. – Прим. ред.). С его содержанием может ознакомиться каждый, он есть в открытом доступе.

– Инициируете ли Вы сами проверки по соблюдению трудового законодательства в организациях? В каких случаях это может произойти?

– Безусловно, такие проверки проводятся нами и по собственной инициативе. Мы работаем не только «по сигналам», но и сами выискиваем такие нарушения. Мы постоянно отслеживаем ситуацию на рынке труда на предмет задержки в выплате заработной платы через органы статистики, службу судебных приставов, общаясь с гражданами, представителями общественности.

Так было и в прошлом году, когда в беседе с одним из депутатов районного совета мы узнали, что его жена-педагог в течение нескольких месяцев не может получить возмещение по командировочным расходам. Мы провели проверку, оказалось, что комитет по финансам районной администрации, желая иметь свободные денежные средства, задолжал «командировочные» почти семидесяти педагогам!

По результатам проверки нами в отношении всех без исключения работников в суд были направлены заявления о выдаче судебных приказов о взыскании имеющейся задолженности. В кратчайшие сроки суд вынес судебные приказы, служба судебных приставов их оперативно исполнила.

– На негативные публикации о работодателях в прессе или Интернете внимание обращаете?

– Конечно. Поводом для проверок по собственной инициативе как раз и может стать анализ состояния законности, основанный в том числе и на информации, опубликованной в печати, на интернет-сайтах, даже в блогах. В этой связи на постоянной основе нами проводится мониторинг местной прессы и интернет-ресурсов.

– Давайте разберемся, каковы действия прокуратуры, когда поступает жалоба? Идете ли вы сразу в организацию или ограничиваетесь звонком? Предупреждаете ли о проверке руководство компании?

– Если нам поступила жалоба от одного работника, не получившего оплату за труд, для нас это сигнал о том, что на предприятии не все в порядке. Незамедлительно изучается финансово-экономическое состояние предприятия, выясняются причины и объемы задолженности по всем работающим, в зависимости от нарушений применяются те или иные меры прокурорского реагирования. Если существует угроза уничтожения документов или их фальсификация, никто никого не предупреждает. Приглашаешь с собой специалиста – и вперед. Благо, что Федеральным законом «О прокуратуре Российской Федерации» (закон от 17.01.1992 № 2202-1. – Прим. ред.) прокурорам предоставлено право беспрепятственно проходить на территорию любого предприятия, иметь доступ ко всем документам.

– Предположим, работники узнали, что выплата заработной платы им будет задержана. Могут ли они сообщить о еще не свершившемся, а только готовящемся нарушении в прокуратуру?

– Конечно. В этом случае прокуроры принимают превентивные меры, то есть профилактические. Тем же законом, который я упомянул чуть ранее («О прокуратуре Российской Федерации». – Прим. ред.), предусмотрена такая мера прокурорского реагирования. Она называется предостережением. Именно в подобных случаях прокуроры не только правомочны, но и обязаны ее применить.

Предостережение – довольно специфичная мера. В отличие от других (например, представления или протеста), она не влечет никаких юридических последствий, не требует проведения служебных расследований, привлечения к ответственности. Тем не менее практика показывает, что многие «горячие головы» вмиг остывают, когда будущий нарушитель воочию представляет те негативные последствия, которые могут последовать для него за нарушение прав работников. Другими словами, перед должностным лицом работодателя кладется официальный документ, подписанный прокурором, в содержании которого значится: «Я знаю, что ты задумал, так делать нельзя. Только попробуй – и будешь отвечать по всей строгости закона». Так что это очень действенная мера.

– В отношении кого чаще всего используется предостережение?

– Непосредственных руководителей организаций, ну и, конечно же, начальников финансовых отделов, главных бухгалтеров. Не так давно ко мне на личном приеме обратилась женщина, являющаяся матерью-одиночкой, которой по вине одного из бухгалтеров предприятия на протяжении полутора лет переплачивалась заработная плата. Ежемесячная переплата была незначительна, но за все время она составила приличную, по меркам женщины, сумму. Когда бухгалтерская ошибка вскрылась, женщину пригласила к себе в кабинет главный бухгалтер и в ультимативной форме предупредила о том, что теперь каждый месяц у нее будут высчитывать половину заработной платы в счет возврата излишне выплаченных ей сумм. Женщина была в отчаянии, так как ее скромного заработка едва хватало на то, чтобы свести концы с концами.

Не стоит объяснять, что по действующему закону работник не вправе отвечать за действия бухгалтера, допустившего ошибку. По этой причине главный бухгалтер была приглашена в прокуратуру района и предостережена мною о недопустимости нарушения законности. Также она была предупреждена о возможной уголовной ответственности по статье 330 Уголовного кодекса РФ за самоуправство. Мера оказалась действенной, нарушение закона удалось предотвратить.

– Скажите, чаще всего постановления о привлечении к административной ответственности выносится в отношении организации или ее должностного лица (руководителя)? Или это возможно одновременно?

– В каждом случае обнаружения вины конкретного руководителя нами решается вопрос о возбуждении дела об административном правонарушении. При этом своим подчиненным мною дано четкое указание привлекать к ответственности только должностных лиц. Причин тому несколько. Во-первых, не стоит на организацию или предприятие взваливать бремя ответственности за действия нерадивого руководителя, тем более, если это бюджетное учреждение, испытывающее постоянную нехватку средств. Во-вторых, нарушитель должен на себе и своем кармане прочувствовать последствия нарушения закона. Ну а в-третьих, в случае рецидива, то есть при совершении аналогичного правонарушения, появляется возможность дисквалифицировать это должностное лицо. Напомню, часть вторая указанной нормы (ст. 5.27 КоАП РФ. – Прим. ред.) не предусматривает альтернативных наказаний. Безусловно, если речь идет о нарушении прав охраны труда, к административной ответственности необходимо привлекать юридических лиц, поскольку здесь при назначении наказания обязательно решается вопрос о приостановлении деятельности. По такой категории нарушений это является просто необходимым.

– Как часто применяется в подобных делах дисквалификация?

– За мою семилетнюю практику работы прокурором района мы лишь дважды инициировали процедуру дисквалификации. Только в одном случае суд пошел нам навстречу и дисквалифицировал сроком на два года руководителя крупной строительной компании, уличенного в систематическом нарушении прав работников. После вступления решения суда в законную силу мы проконтролировали, чтобы УВД края включило этого руководителя в реестр дисквалифицированных лиц, а служба судебных приставов непосредственно исполнила судебный акт. К тому же своими письмами мы сопровождали эту компанию по всем районам, даже в соседнем Амурском регионе, куда она «передислоцировалась» для ведения работ.

Во втором случае нами ставился вопрос о дисквалификации главы администрации муниципального района, однако ввиду того, что по действующему закону выборное должностное лицо не может быть дисквалифицировано, суд нам отказал. Небезынтересно, что в своем решении суд указал на то, что основания для дисквалификации имеются.

– Бытует мнение, в том числе среди работодателей и юристов-практиков, что к уголовной ответственности за невыплату заработной платы привлекают довольно редко, чаще всего нарушители несут административную ответственность, поэтому многие работодатели не опасаются уголовного преследования. Так ли это?

– Мне сложно отвечать за работодателей, однако их психологию понять нетрудно. На мой взгляд, все как раз наоборот. Ко мне на прием не раз приходили привлекаемые к административной ответственности руководители и буквально упрашивали не привлекать их к административной ответственности, так как прекрасно понимали возможные последствия такого шага. Как я уже говорил, им грозит дисквалификация. В этом случае руководящее лицо может потерять не только должность, но и источник существования.

– В прошлом году в Уголовном кодексе РФ начали действовать изменения, устанавливающие ответственность за частичную невыплату заработной платы1. Помнится, до этого были жаркие дебаты о том, несет ли уголовную ответственность работодатель, выплативший зарплату лишь частично. Однако многие эксперты полагают, что для того чтобы мера ответственности за задержку выплаты заработной платы была эффективной, надо не уголовную ответственность вводить, а повышать суммы компенсаций работнику как пострадавшей стороне. Сейчас же эти суммы смехотворны (1/300 ставки рефинансирования Центрального Банка России). Что думаете Вы?

– Соглашусь с Вами. Работнику важнее получить не обвинительный приговор в отношении своего начальника, а справедливую компенсацию за причиненные ему неудобства. Тем более что большая часть уголовных дел не всегда расследуется и рассматривается в разумные сроки. Поэтому, на мой взгляд, нужна такая норма, которая позволяла бы работнику рассчитывать на возмещение морального вреда и материального ущерба. При этом, как Вы справедливо заметили, это не должен быть стандартный подход в виде применения установленных ставок, это должна быть абсолютно другая, адаптированная модель. Думаю, что здесь было бы правильным за основу использовать процент от невыплаченного заработка.

– Часть третья статьи 145.1 Уголовного кодекса РФ устанавливает ответственность за невыплату заработной платы, совершенную в корыстных целях и приведшую к тяжким последствиям. Я общалась с некоторыми юристами-трудовиками, представляющими интересы работодателей, и, по их мнению, доказать этот состав практически невозможно, что в некотором смысле «развязывает» руки руководителям-неплательщикам. Сталкивались ли Вы на практике с подобными делами?

– Не сталкивался, однако не разделяю пессимизма Ваших коллег. В каждом конкретном случае должен решаться вопрос о наличии прямой причинно-следственной связи, а также о достаточности доказательственной базы. Если, к примеру, работодатель, вследствие спланированной им схемы хищения денег из фонда оплаты труда, на протяжении полугода не выплачивал конкретному работнику заработную плату, а тот совершил суицид, оставив при этом предсмертную записку примерно следующего содержания: «Полгода не получаю зарплату, не могу позаботиться о семье…», итог в таком случае очевиден – скамья подсудимых для начальника.

– Как доказывается корыстная и личная заинтересованность, а также тяжкие последствия, которые наступили вследствие этого?

– Если в деянии имела место корысть, то доказать ее не так сложно. Общепризнанно, что под корыстной заинтересованностью следует понимать такие неправомерные действия руководителя, которые совершены с целью получения имущественной выгоды без незаконного обращения чужого имущества в свою собственность или собственность других лиц. Она может выражаться в стремлении получить проценты при размещении денег на депозитных счетах в банке, обратив их в свою пользу. Широкое распространение имеют случаи, когда руководитель желает улучшить жилищные условия за счет средств организации путем получения кредитов на приобретение недвижимости, или расходует средства предприятия на личный отдых. При этом должна быть установлена причинно-следственная связь между такими действиями и уменьшением фонда оплаты труда.

Гораздо сложнее бывает доказать и обосновать «иную личную заинтересованность», которая также может выступать в качестве обязательного мотива совершенного преступления. По устоявшейся практике под этим понимается стремление извлечь выгоду неимущественного характера, обусловленную такими побуждениями, как карьеризм, желание приукрасить действительное положение, получить взаимную услугу, скрыть свою некомпетентность и так далее.

– В каких случаях к уголовной ответственности за невыплату заработной платы могут привлечь не только руководителя, но и других должностных лиц компании, например, главного бухгалтера или сотрудника кадровой службы?

– Безусловно, при установлении его вины, а также сговора на совершение этого преступления с руководителем организации. Более того, главный бухгалтер может нести ответственность как полноценный субъект данного вида преступления, если ввел в заблуждение руководителя и совершил за его спиной финансовые манипуляции.

– Есть ли какие-то обстоятельства, которые могут освободить руководителя от ответственности за невыплату заработной платы?

– Уголовно-процессуальный закон предусматривает возможность прекращения уголовного преследования в отношении подозреваемого или обвиняемого на стадии досудебного производства. Такими основаниями являются примирение с потерпевшим и деятельное раскаяние (статьи 25 и 28 Уголовно-процессуального кодекса РФ соответственно. – Прим. ред.). Оба этих названия говорят сами за себя. В первом случае, если потерпевший и обвиняемый солидарно заявят о том, что они примирились и последний загладил причиненный им вред, то следователь вправе принять решение о прекращении уголовного дела. Однако оговорюсь: это право следователя, а не обязанность. Всегда в таких случаях нужно исходить из того, что работник зависим, и его добровольное заявление на самом деле может являться вынужденным. Как правило, следователи оставляют рассмотрение этого вопроса на усмотрение суда. И, по-моему, это правильно.

Деятельное раскаяние подразумевает также ряд объективных обстоятельств, явно свидетельствующих о том, что привлекаемое лицо перестало быть общественно опасным. К этому составу преступления норма не применяется. По крайней мере, мне такие случаи не известны.

Беседовала Наталья Свистунова

Сноски

СвернутьПоказать
  1. Статья 145.1 Уголовного кодекса РФ была существенно изменена Федеральным законом от 23.12.2012 № 382-ФЗ «О внесении изменений в статью 145.1 Уголовного кодекса Российской Федерации». – Прим. ред. Вернуться назад

на
Электронная подписка за 8400 руб. Печатная версия за YYY руб.

  4 голоса

Нет комментариев
Свернуть форму комментария Комментировать

  • Добавить
Закрыть
Закрыть

  • Отправить
Закрыть

Подписка


на журналы


Все поля обязательны.
Закрыть

Задать вопрос для интервью
  • Отправить
9 Мая – Всероссийский праздник День победы.