• Журнал «Налоговый учет для бухгалтера» январь 2014
  • Рубрика Актуальное интервью

Владимир Голубев: «Бухгалтеры надеются избежать уголовной ответственности, потому что лишь исполняли незаконные приказы начальника»

  • 0 комментариев
  • 7742 просмотра
Полистать демо-версию печатного журнала
В новом году государство пойдет на меры усиления контроля за малым и средним бизнесом, которые будут заключаться в том числе в ужесточении норм уголовного законодательства. В частности, планируется вернуть Следственному комитету право возбуждать уголовные дела по налоговым преступлениям самостоятельно. Чего ожидать бухгалтерам от новых правил? Какими последствиями грозит привлечение к уголовной ответственности? О чем нужно знать, если вас вызвали на допрос в качестве свидетеля? На эти вопросы нам ответил адвокат, к.ю.н., доцент Московского государственного лингвистического университета Владимир Васильевич Голубев.


Стоит ли бухгалтерам ожидать ужесточения проверок и увеличения уголовных дел в связи с возвратом Следственному комитету права самостоятельно возбуждать уголовные дела по налоговым преступлениям? Чем грозит привлечение к уголовной ответственности бухгалтера? Может ли привлечение руководителя компании к уголовной ответственности повлечь аналогичные последствия в отношении бухгалтера? Как вести себя на допросе? Об этом и многом другом журнал «Налоговый учет для бухгалтера» побеседовал с адвокатом, кандидатом юридических наук, доцентом Московского государственного лингвистического университета Владимиром Васильевичем Голубевым.


– Владимир Васильевич, сейчас в прессе довольно широко обсуждается законопроект о возврате Следственному комитету права самостоятельно возбуждать уголовные дела по налоговым преступлениям. Бизнес-сообщество категорически против этой инициативы. Как Вы относитесь к указанному законопроекту?

– В октябре 2013 года в Государственную Думу России поступил законопроект № 357559-6 «О признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации (об уточнении порядка возбуждения уголовных дел)»1. Меня прежде всего настораживает та поспешность, с которой в очередной раз «проталкивают» законопроект через Госдуму РФ. Спешка в законотворчестве недопустима, а у нас она уже стала хроническим явлением, что относится и к данному случаю.

Более того, разработчики законопроекта настолько торопятся применить нововведения, что хотели бы, чтобы закон вступил в силу со дня его официального опубликования, а не по истечении десяти дней после дня официального опубликования, как это принято.

– Действительно, такая спешка обычно ни к чему хорошему не приводит. Что же представляет собой законопроект, наделавший столько шума?

– На первый взгляд, ничего особенного – ординарный законопроект, состоящий всего из двух статей, которыми в случае принятия закона из статьи 140 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации исключат часть 1.1, просуществовавшую только два года – с декабря 2011 года.

Инициаторы законопроекта полагают, что пару лет назад была допущена ошибка, когда Федеральным законом от 06.12.2011 № 407-ФЗ «О внесении изменений в статьи 140 и 241 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» было определено, что поводом для возбуждения уголовного дела о преступлениях, предусмотренных статьями 198-199.2 Уголовного кодекса Российской Федерации, могут служить только те материалы, которые направлены налоговыми органами в соответствии с законодательством о налогах и сборах для решения вопроса о возбуждении уголовного дела. Другими словами, возбуждать дела по налоговым преступлениям исключительно по материалам налоговых органов, полученных только в ходе налоговых проверок.

Они считают, что такой порядок привел к снижению эффективности раскрытия налоговых преступлений. Мол, оперативники получают много информации о налоговых преступлениях, а необходимость предварительной налоговой проверки мешает эффективно реализовывать оперативный материал.

– Вы с этим не согласны?

– Считаю, что инициатива возврата к прежнему порядку возбуждения данной категории уголовных дел во многом объясняется и иными причинами. Дело в том, что оперативные подразделения в своих отчетах могут, например, указывать, что ими чуть ли не каждый день выявляются преступления, в том числе налоговые. Проверить, насколько реальны такие показатели, практически невозможно.

После упомянутых изменений, случившихся в декабре 2011 года, достоверность подобных оперативных разработок и их достаточность для возбуждения уголовного дела проверяются сторонними для МВД ведомствами, что, вполне естественно, позволяет отсеивать по меньшей мере те материалы, которые не имеют никакой перспективы вынесения обвинительного приговора.

Соответственно, раз нет огромного количества возбужденных уголовных дел – нет оснований просить у государства расширения штата, увеличения финансирования и, конечно же, сложно добиться появления новых генеральских должностей.

– Каков процесс возбуждения уголовного дела по налоговым преступлениям?

– Налоговые органы при планировании налоговой проверки учитывают представленные им оперативные данные, что позволяет им эффективно выявлять криминальные схемы ухода от налогов. Однако если оснований возбудить уголовное дело не находится, то результаты оперативно-розыскной деятельности, полученные в рамках закона, используются для привлечения к административной ответственности. Результат совместной работы налоговых инспекторов и сотрудников полиции – многомиллионные поступления в казну при относительно небольшом количестве людей, оказавшихся на скамье подсудимых.

С другой стороны, действительно имеют место случаи, когда нарушителю налогового законодательства удается избежать уголовной ответственности по той причине, что налоговый орган не сразу направляет в адрес Следственного комитета материал, необходимый для возбуждения уголовного дела.

Сначала решение о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности за налоговое правонарушение заинтересованные лица могут обжаловать. Оно может быть отменено даже в том случае, если из решения будет следовать наличие признаков преступления, виновник может расплатиться с казной, а не сесть на скамью подсудимых.

Для казны это хорошо, а вот для следственных органов – не очень. Причины изложены мною выше. Возможно, мне возразят, сославшись на то, что даже при условии возбуждения уголовного дела статья 28.1 Уголовно-процессуального кодекса РФ предусматривает прекращение уголовного преследования в случаях, когда до назначения судебного заседания возмещен весь ущерб от налогового правонарушения (уплачены сумма недоимки, пени и штрафы). Но я на это могу ответить, что не вижу смысла в возбуждении уголовного дела, которое заведомо прекратят.

– Часть противников законопроекта указывают на то, что из-за подобных полномочий у Следственного комитета было много «заказных» дел, которые использовались в рейдерских захватах. На Ваш взгляд, так ли это?

– Хотя об этом и не принято говорить, отмечу, что большинство следователей – честные и исполнительные работники. На практике же довольно часто именно в отместку за принципиальность их необоснованно обвиняют в исполнении «заказа».

Вместе с тем надо с сожалением признать, что не раз приходилось встречать и рейдеров в погонах, и обычных взяточников. Однако объективной информации о количестве так называемых заказных дел нет и, как вы понимаете, быть не может. Наивно полагать, что следователь или тем более его руководитель вдруг разоткровенничаются и объявят во всеуслышание, что они взяточники и за деньги возбудили столько-то уголовных дел. Тем более нам не дождаться массовых покаяний такого рода.

А что касается данного законопроекта, то, как я полагаю, в случае его принятия не только возрастет активность тех самых «опогоненных» рейдеров, но и чаще станут возбуждать уголовные дела по недостаточно надежным оперативным материалам, что автоматически увеличит число необоснованно привлеченных к ответственности предпринимателей.

– Владимир Васильевич, расскажите, что вообще ожидать, если в отношении кого-то из компании возбуждено уголовное дело не только по налоговым, но и по другим экономическим статьям? Скажем, возбуждено дело в отношении руководителя. Стоит ли в этом случае волноваться бухгалтеру? Могут ли следственные органы обратить внимание и на него?

– В уголовном праве есть такое понятие, как обстоятельства, исключающие преступность деяния. Это такие ситуации, когда внешне похожее на криминал поведение преступлением не считается. К числу исключающих преступность деяний относится исполнение приказа или распоряжения. В частности, часть 1 статьи 42 Уголовного кодекса Российской Федерации определяет, что «не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам лицом, действующим во исполнение обязательных для него приказа или распоряжения. Уголовную ответственность за причинение такого вреда несет лицо, отдавшее незаконные приказ или распоряжение».

Некоторые бухгалтеры как раз и надеются на то, что их не привлекут к уголовной ответственности, потому что они лишь исполняли незаконные приказы начальника, что ничего не получали от махинаций руководителя. Такие надежды на поблажку наивны. Ведь освобождается от ответственности только тот исполнитель приказа (распоряжения), который не знал о его незаконности. Наличие у бухгалтера соответствующего образования позволяет ему в большинстве случаев понимать, законен приказ директора или нет. Кроме того, от ответственности бухгалтера мог бы освободить письменный приказ, но много ли вы встречали директоров, которые письменно приказывают фальсифицировать документы бухгалтерского или налогового учета?

А вот лицо, совершившее умышленное преступление во исполнение заведомо незаконных приказа или распоряжения (как это обычно бывает с бухгалтерами), несет уголовную ответственность на общих основаниях (часть 2 статьи 42 Уголовного кодекса РФ), и лишь неисполнение заведомо незаконных приказа или распоряжения исключает уголовную ответственность.

– На каком основании в этом случае могут привлечь к уголовной ответственности именно бухгалтера?

– Если мы говорим о вышеупомянутой ситуации с исполнением заведомо незаконных приказов, то бухгалтеру вменят в вину соучастие в совершении того же преступления, в котором обвиняется и руководитель. Разумеется, совершенно одинаковых ситуаций не бывает, а потому встречаются случаи, когда и главный бухгалтер, и его руководитель признаются соисполнителями, которые, соответственно, несут примерно одинаковую ответственность.

Бывает и так, что руководитель организации признается организатором преступления, а бухгалтер – его исполнителем. Возможны и иные варианты, но от перестановки мест слагаемых сумма не меняется, и к ответственности привлекают всех, кто имел умысел на совершение преступления, причем не важно, в своих интересах он это делал или в интересах руководства.

– Какими последствиями грозит бухгалтеру привлечение к уголовной ответственности?

– Люди, далекие от уголовного судопроизводства, часто полагают, что привлечение к уголовной ответственности и признание человека виновным в совершении преступления, то есть преступником, – это одно и то же. Но это не всегда так. Ведь привлеченным к уголовной ответственности считается человек, в отношении которого возбудили уголовное дело, которого задержали по подозрению в совершении преступления, к которому применили любую меру пресечения и другие подобные меры. В отношении значительной части привлеченных к ответственности лиц в последующем выносятся постановления о прекращении уголовного преследования. Некоторых оправдывает суд. И только тех, чья вина подтверждена вступившим в законную силу обвинительным приговором суда, можно называть преступниками.

Как я уже упоминал, расследования по так называемым налоговым составам довольно часто заканчиваются именно прекращением уголовного дела. Но следует иметь в виду, что прекращение уголовного преследования, когда, например, истекли сроки его давности, издан акт амнистии или предусмотренные статьей 28.1 Уголовно-процессуального кодекса РФ варианты прекращения уголовного преследования по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности, не будет реабилитирующим. То есть считается, что человек все же совершил криминальный поступок, признает это, но на законных основаниях компетентными органами и должностными лицами дело решено до суда не доводить.

Такой субъект оказывается «в интересном положении»: с одной стороны, не судим, а с другой стороны, в анкетах на вопрос о том, привлекался ли к уголовной ответственности, придется отвечать положительно. Конечно, при трудоустройстве чаще не обязательно рассказывать о себе всю подноготную, но по известной всем (кроме самих правоохранительных органов) причине информационные базы правоохранителей обычно доступны службам безопасности банков и других высокооплачиваемых мест работы. И это является негласной преградой для трудоустройства.

А уж если по вопросу трудоустройства обращается человек с непогашенной судимостью, надо понимать, что рады ему будут далеко не все работодатели. Некоторые и рады бы принять на работу, но закон не позволяет. Я даже не говорю об известной всем бухгалтерам части 4 статьи 7 Закона № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»2, требующей от кандидата на должность главного бухгалтера не иметь неснятой (непогашенной) судимости за преступления в сфере экономики.

Кроме того, с января 2014 года вступил в силу Федеральный закон от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», в статье 31 которого среди требований к участникам закупки имеется и «отсутствие у участника закупки – физического лица либо у руководителя, членов коллегиального исполнительного органа или главного бухгалтера юридического лица – участника закупки судимости за преступления в сфере экономики (за исключением лиц, у которых такая судимость погашена или снята), а также неприменение в отношении указанных физических лиц наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, которые связаны с поставкой товара, выполнением работы, оказанием услуги, являющихся объектом осуществляемой закупки, и административного наказания в виде дисквалификации».

– Ставят ли организацию в известность о том, что идет расследование?

– Если речь идет о нынешней ситуации, то руководству организации будет известно о ходе налоговой проверки и о ее результатах, к числу которых относится передача материалов для возбуждения уголовного дела. Если порядок будет изменен, то есть в случае принятия рассматриваемого нами сегодня законопроекта, что довольно вероятно, возможно возбуждение уголовного дела, так сказать, незаметно не только для организации, но и для фигурантов этого дела. А процедура расследования для всех уголовных дел одинакова и прописана в Уголовно-процессуальном кодексе РФ.

– Какие следственные действия могут быть применены в ходе следствия?

– Начинается любое расследование с возбуждения уголовного дела. Потом следователь (или дознаватель – в зависимости от категории уголовного дела) приступает к сбору доказательств. Самым распространенным способом получения доказательств по уголовному делу является производство следственных действий. Обычно работники компании сначала становятся очевидцами осмотра, обыска или выемки, а чуть позже многих приглашают на допрос в качестве свидетеля.

– Владимир Васильевич, любого бухгалтера волнует вопрос о том, как себя вести при производстве следственных действий. Не могли бы Вы дать совет с описанием алгоритма поведения в указанных ситуациях?

– Каждое следственное действие специфично, и участие в нем требует соблюдения определенных правил. В двух словах обо всем не расскажешь. Поэтому остановлюсь на самом распространенном из них – допросе свидетеля. Свидетелем становится любой, кому, по мнению лица, производящего расследование, могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела. Но статус свидетеля такой человек приобретает не автоматически, а только в случае вызова для дачи показаний.

Если не брать во внимание бухгалтеров из числа военнослужащих, которых к следователю вызывают через командование воинской части, то остальные приглашаются на допрос повесткой, в которой указывается, кто и в каком качестве вызывается, к кому и по какому адресу, дата и время явки на допрос, а также последствия неявки без уважительных причин. Последствия эти просты – могут доставить на допрос принудительно, то есть приводом.

Но это не значит, что, обнаружив в почтовом ящике повестку, надо сломя голову мчаться по указанному в ней адресу. Ведь повестка вручается под подпись либо передается с помощью средств связи. И даже в случае временного отсутствия лица, вызываемого на допрос, повестку должны не просто бросить в ящик, а вручить совершеннолетнему члену семьи вызываемого либо передать администрации по месту его работы или по поручению следователя иным лицам и организациям, которые обязаны передать повестку лицу, вызываемому на допрос.

А уж коли вам вручили повестку по всем правилам, то явиться придется в назначенный срок либо надо заранее уведомить следователя о причинах неявки.

– Вы сейчас рассказываете о допросе, проводимом в рамках расследования возбужденного уголовного дела?

– Совершенно верно, хотя возможны и иные случаи вызова в правоохранительные органы. Так, налоговые органы, например, вправе вызывать в качестве свидетелей лиц, которым могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для проведения налогового контроля (подпункт 12 пункта 1 статьи 31 НК РФ). В этом случае участие свидетеля при осуществлении налогового контроля регламентировано статьей 90 Налогового кодекса РФ. Но правила проведения таких допросов похожи, поскольку формировались на основе давно апробированных на практике правил Уголовно-процессуального кодекса РФ.

– Обязательно ли брать с собой адвоката или на допрос в качестве свидетеля лучше отправляться одному?

– Этот вопрос вы должны задать себе, собираясь на допрос к следователю (а равно и к иным сотрудникам правоохранительных органов). Прежде всего надо определиться, понадобится ли вам во время допроса квалифицированная юридическая помощь.

Некоторые настолько опасаются любого общения со следователем, что во избежание допроса готовы оказаться на больничной койке. Опять вынужден разочаровать читателей – это помогает только в том случае, если предстоящий допрос формален и не очень нужен следователю. В иных случаях после непродолжительной беседы с лечащим врачом в руках у следователя появится бумага, из которой видно, что состояние здоровья больного позволяет ему дать показания.

Правильнее, как я уже сказал, заблаговременно проконсультироваться с адвокатом, а при необходимости и на допрос пойти в его сопровождении. По меньшей мере, присутствие адвоката на допросе гарантированно защитит допрашиваемого от непроцессуальных способов воздействия на него.

Но опытный следователь и в отсутствие адвоката не позволит себе сразу «наезжать» на допрашиваемого, а постарается сначала наладить с ним психологический контакт, для чего побеседует на отвлеченные темы, предложит чай или кофе. Так, на одном из допросов мы с клиентом более двух часов поддерживали со следователем беседу на тему семьи и религии и только потом приступили к даче показаний по факту обнаружения во время обыска на предприятии печатей сторонних организаций.

– Какие вопросы могут задавать на допросе эксперту?

– Интересовать следователя могут самые разнообразные обстоятельства, в том числе о времени, месте, способе совершенных преступных действий, личности преступника, о собственных действиях до, во время и после преступления и прочие.

Круг вопросов, которые выясняются путем допроса свидетелей, во многом зависит от того, кого именно допрашивают. Ясно, что работников бухгалтерии будут допрашивать, скорее всего, о том, что им известно или могло быть известно в связи с выполняемой работой, в связи с должностными обязанностями. Разумеется, будут вопросы по конкретным документам, их содержанию, порядку оформления и многие другие.

– Что делать, если бухгалтер в начале допроса сказал одно, а потом описал ситуацию иначе?

– Отвечая на вопросы, надо понимать, что следователь не будет идеализировать показания свидетеля, расценивая их как единственно верные. Он обязан сопоставить их с показаниями других лиц, сверить с иными доказательствами по делу, проверить и перепроверить.

И в этой связи нельзя исключить ситуацию, когда вольно или невольно допрашиваемый дает не совсем точные показания. Не стоит в этом случае впадать в панику. Ведь от ошибок никто не застрахован, тем более человек, оказавшийся вовлеченным в уголовное судопроизводство, что обычно связано с состоянием волнения, повышенной тревожности. В такой обстановке становятся объяснимы некоторая противоречивость показаний, ошибочные оценки и другие неточности. Допустив подобную оплошность, не надо начинать истерику, дрожать как осиновый лист, подписывать со страха любые предложенные следователем бумаги, а надо просто и с достоинством объяснить следователю, что имела место объяснимая ошибка, а не попытка дезинформировать следствие. Например, можно пояснить, что сначала рассказывал то, что помнил, а когда следователь предъявил фотографии, ведомости и другие доказательства, то вспомнил всю последовательность событий.

– Адвокаты часто советуют не рассказывать свидетелям все, что те знают. Как говорится, «лучше меньше, да лучше». Вы с этим согласны?

– Действительно, есть обстоятельства, о которых совсем не обязательно рассказывать следователю даже в том случае, когда возбудили уголовное дело. Не подумайте, что я призываю мешать установлению истины по делу. Просто хочу донести до читателей, что в ряде случаев свидетель вправе, но не обязан давать показания. Так, закон позволяет отказаться свидетельствовать против себя и против своих родных и близких. Ни следователь, ни прокурор, ни даже суд не имеют права расценивать подобный отказ как признание вины. Это лишь реализация права, предусмотренного статьей 51 Конституции Российской Федерации.

– Владимир Васильевич, в заключение озвучьте основные правила проведения допроса. О чем должен помнить свидетель, вызванный к следователю?

– Любой допрос не может длиться непрерывно более четырех часов подряд. А при наличии медицинских показаний продолжительность допроса может быть и того меньше. Если же медицинских противопоказаний нет, то по прошествии четырех часов допрос может быть продолжен только после перерыва не менее чем на один час для отдыха и приема пищи. Общая же продолжительность допроса в течение дня не должна превышать восьми часов (час на отдых не учитывается). Ночью допрашивать категорически запрещено, за исключением случаев, не терпящих отлагательства.

Беседовала Наталья Свистунова

Сноски

СвернутьПоказать
  1. http://asozd.duma.gov.ru/main.nsf/%28Spravka%29?OpenAgent&RN=357559-6. На момент подготовки интервью законопроект находился на рассмотрении в Госдуме РФ. – Примеч.ред. Вернуться назад

  2. Федеральный закон от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете». – Примеч. ред. Вернуться назад

Полистать демо-версию печатного журнала
на
Электронная подписка за 8400 руб. Печатная версия за YYY руб.

  нет голосов

Нет комментариев
Свернуть форму комментария Комментировать

  • Добавить
Закрыть
Закрыть

  • Отправить
Закрыть

Подписка


на журналы


Все поля обязательны.
Закрыть

Задать вопрос для интервью
  • Отправить
9 Мая – Всероссийский праздник День победы.